Археологи выяснили, что охотники-собиратели готовили рыбную похлебку с ягодами

Стоянка Замостье 2. Нагар с семенами калины на стенках ранненеолитических сосудов (1-2, 4-8); остатки волокон в просверленном отверстии глиняного горшка (3) (фото О. Лозовская)

Международный коллектив ученых, включающий исследователей Института истории материальной культуры РАН, провел масштабное изучение кулинарных традиций охотников-собирателей Северной и Восточной Европы. Работа, основанная на анализе нагаров на древней керамике VI–III тысячелетий до нашей эры, доказала, что древние люди сочетали в своем рационе дикие растения с конкретными видами животной пищи. Результаты исследования опубликованы в журнале PLOS One.

Долгое время представления о питании древнего человека были смещены в сторону белковой пищи — рыбы и мяса, остатки которых хорошо определяются химическими методами. Однако растительная компонента не менее важна для всеядного организма. Международному коллективу ученых удалось заполнить этот пробел благодаря синергии методов: высокоточной микроскопии и органического анализа липидов. С помощью этих подходов они изучили 85 образцов нагара с 13 археологических памятников.

Ключевую роль в исследовании сыграли материалы знаменитой торфяниковой стоянки Замостье 2, изучение которой на протяжении нескольких десятилетий ведут сотрудники ИИМК РАН. Уникальная сохранность органики на этом памятнике позволила ученым впервые увидеть то, что обычно скрыто от глаз.

«Базовым объектом для отработки методики стала стоянка Замостье 2. Именно на ее материалах мы обратили внимание на включения, видимые невооруженным глазом, которые оказались остатками ягод калины», — рассказала заведующая экспериментально-трасологической лабораторией ИИМК РАН Ольга Лозовская.

Сотрудники института не только предоставили для анализа уникальную коллекцию древних горшков. Археоботанические исследования, проведенные в том числе на материалах Замостья, дали возможность надежно идентифицировать микроскопические остатки семян. Технологический анализ керамики выполнили сотрудники Государственного Эрмитажа Андрей Мазуркевич и Екатерина Долбунова.

Один из самых узнаваемых сосудов, который фигурирует в научных статьях и пресс-релизах, происходит именно из Замостья 2. Сейчас он хранится в Сергиево-Посадском музее-заповеднике, а его эталонная фотография была сделана первым исследователем стоянки Владимиром Лозовским.

Благодаря проделанной работе археологи поняли: растительная пища не была случайным дополнением к мясо-рыбному рациону. Люди эпохи мезолита и неолита целенаправленно выбирали определенные виды растений и даже их части. Так, в Верхневолжском регионе и на Балтике зафиксировано устойчивое кулинарное предпочтение: ягоды калины систематически варили в горшках именно с пресноводной рыбой. Это подтверждено и микроскопией, и наличием специфических растительных маркеров в сочетании с липидами рыбы.

Следует отметить, что калина считается токсичной ягодой, которая горчит при пережевывании. Однако при варке токсичные свойства пропадают, а горечь уменьшается. Этим объясняется, почему остатки этой ягоды всегда соседствовали с фрагментами костей и чешуи рыбы. Вероятно, древние люди готовили рыбный суп, приправленный ягодами. Такое блюдо не только насыщало, но и обладало ярким необычным вкусом.

Другое наблюдение ученых: на памятниках Верхнего Дона часто имело место смешивание семян диких злаков и бобовых с рыбой, а на стоянках в районе Замостья 2 и Сертеи — использование в пищу в пищу таких растений как лебеда и солянка. Примечательно, что в пищу шли не только семена, но и стебли, листья и соцветия, причем собирали их на разных стадиях созревания — с весны до конца лета.

В исследовании принимали участие специалисты из Университета Йорка, Университетского колледжа Лондона, Университета Куинс в Белфасте, Британского музея, Института истории материальной культуры РАН, Ивановского государственного университета, Государственного Эрмитажа, Новгородского государственного университета, Университета имени Адама Мицкевича в Познани, Института археологии и этнологии Польской академии наук, Орхусского университета, Центра балтийской и скандинавской археологии, Литовского института истории, Литовского национального музея и Института гуманитарных исследований имени Милы-и-Фонтанальс.

Материал предоставлен пресс-службой ИИМК РАН