Китай запугивает Тайвань войной по значимой причине

Власти Китая больше не стесняются в выражениях и угрожают сепаратистам на Тайване войной, при которой «не будет пощады». Это вызвано тем, что позиции властей КНР на острове ухудшаются, а до «часа икс» осталось всего полтора месяца: вопрос войны и мира может быть решен уже в январе.

«Я хочу подчеркнуть, что независимость Тайваня означает войну».

Это очень жесткие слова для китайского чиновника, чтобы их можно было пропустить мимо ушей. Сопоставимо с ударом кулаком по столу в исполнении представителя ядерной державы. А то, что сотрудник канцелярии по делам Тайваня при Госсовете КНР Чэнь Биньхуа – не самого высокого полета птица, не должно успокаивать. Товарищ комментирует тот вопрос, который уполномочен комментировать. И знает, о чем говорит.

Несколько ранее зампред Центрального военного совета (ЦВС) Чжан Юся заявил, что «армия не проявит никакой пощады к тем, кто попытается отколоть Тайвань от КНР». К нему тоже стоит прислушаться.

Если смотреть со стороны, острота тайваньской проблемы как будто бы спала. О скорой войне за этот остров, которая обещает отразиться на всей мировой экономике, теперь пишут гораздо реже, чем в прошлом году, когда Пекин громко подозревали в намерениях провести собственную военную операцию.

Это видимое затишье вызвано главным образом нуждами президента США Джо Байдена. Его команда старается сломать тренд на стремительное ухудшение отношений с Китаем и возлагала большие надежды на переговоры с председателем Си Цзиньпином в Сан-Франциско (этот калифорнийский город по случаю приезда высокого гостя на саммит АТЭС временно зачистили от толп тех, кого в РФ часто называют бомжами).

Поэтому Вашингтон сейчас не тыкает спицей в бок китайского дракона и не провоцирует с ним ядерную войну, как это было в период скандального вояжа на Тайвань спикера (теперь уже бывшего) Палаты представителей США Нэнси Пелоси.

Однако американцы продолжают тихой сапой вооружать островитян на случай китайской интервенции, имея целью то ли запугать Пекин, то ли сделать так, чтобы тайваньская операция обошлась ему максимально дорого. Так что мы имеем лишь видимость затишья, а с китайской стороны, как и показывают заявления товарищей Чэня и Чжана, вообще никакого затишья нет.

Пекин настроен более агрессивно, чем полгода назад. На то есть причины.

Дата, которая может стать определяющей в судьбе Тайваня, Китая и мировой экономики: 13 января 2024 года. В этот день на острове одновременно пройдут президентские и парламентские выборы. И если оппозиционная партия «Гоминьдан» выступает за объединение с КНР в единый Китай по примеру Гонконга, то правящая Демократическая прогрессивная партия (ДПП) желает сохранить полную независимость от Пекина под «зонтиком» США.

Год назад, когда ДПП с треском проиграла муниципальные выборы, итог схватки казался предрешенным: «Гоминьдан» возвращает власть и наводит мосты с Пекином, чтобы выторговать для Тайваня наилучшие условия объединения.

Если США вмешаются в процесс передачи власти с помощью цветной революции и других политических технологий, риск начала военной операции КНР возрастет многократно. Ведь по сути это означало бы, что решить вопрос с Тайванем «по-хорошему» – мирным и политическим путем – американцы не дадут, как не дали России в случае с Украиной.

Американцы просто тянут время, а промедление с решением тайваньского вопроса обойдется Пекину дорого: США используют отсрочку для того, чтобы накачать остров оружием.

Но за год кое-что изменилось – и не в пользу Китая. Тайваньские «демократы» сделали ряд перестановок, усилили пропаганду, провели работу над ошибками и значительно выправили свой рейтинг, что делает результаты выборов непредсказуемыми.

А главное, что кандидат в президенты от «Гоминьдана» Хоу Юй не смог договориться с другим видным оппозиционером – бывшим мэром столичного Тайбэя и известным хирургом-трансплантологом Ко Вэнь-дже, который создал в 2019 году собственную силу, Тайваньскую народную партию. Эти двое поссорились в прямом эфире, а это значит, что оба выставят свои кандидатуры на президентские выборы и «растащат» оппозиционный электорат. Так кандидат от действующей проамериканской власти – вице-президент Тайваня Уильям Лай значительно улучшил свои шансы на победу, которая не предопределена, но весьма вероятна.

То ли пресловутые американские политтехнологи уже неплохо поработали, то ли получили значительное пространство для маневров благодаря случаю, то ли «Гоминьдан» сам упускает счастье свое – для сановников в Пекине это не значимо, потому что итог один, и он неприемлем.

Потому грядет серьезная схватка. Пекин с каждым месяцем повышает тон – уже практически орет на американцев, чтобы они не заступали за флажки. Заявления по линии Госсовета и ЦВС – еще не самая высокая нота.

По-своему громче звучит подготовка к ходовым испытаниям нового авианосца Fujian с его электромагнитной катапультой для запуска истребителей и имиджем судна, которое возглавит атаку на Тайвань.

Будущее Южно-Китайского моря и торговых маршрутов в нем теперь более туманно и как будто бы более опасно. Но заявление товарищей Чэня и Чжана тоже по-своему туманны. Вне всяких сомнений, к ним нужно относиться серьезно. Но и считать их анонсом боевых действий против Тайваня в случае победы ДПП на выборах все же преждевременно.

Дело в том, что противостояние Пекина и Тайбэя значительно отличается от типичной конструкции с непризнанными государствами, когда какая-нибудь окраина самовольно отделяется от метрополии и начинает считать себя суверенной державой. В китайском случае власти и КНР, и Тайваня претендуют на то, чтобы считаться законной властью во всем Китае, едином и неделимом.

То есть остров не государственной независимости хочет и не распада страны, а признания себя «настоящим» Китаем, на большей части которого сейчас «незаконно» правят коммунисты.

Звучит смешно, но до 1970-х годов, когда президент США Никсон решил подружиться с председателем КНР Мао против СССР, это было официальной позицией стран Запада. Даже место Китая в ООН тогда занимали люди из Тайбэя, а не Пекина.

Это порождает юридическую казуистику, к которой плохо применим термин «сепаратизм», то есть полноценное отделение Тайваня и превращение его из Китайской Республики, возникшей в 1912 году, в еще одно отдельное государство с преимущественно китайским населением, каким является, например, Сингапур.

Но если Тайбэй отделение от Китая провозглашать не станет, то действия его властей, в какой бы партии они ни состояли, это, например, мятеж, но не сепаратизм и не откол, за которые Тайваню грозят войной из Пекина.

Таким образом, товарищ Си и его сановники оставляют за собой право решать, что считать заходом за флажки, после которого неизбежен военный конфликт. Если решат, что происходящее еще не сепаратизм, а просто некоторое препятствие в процессе политического диалога с Тайванем, значит, так оно и есть. Опять пронесло.

Но может быть и гораздо хуже. Нынешние западные элиты со своей зашкаливающей самоуверенностью и низкими компетенциями на примере Украины и Бориса Джонсона уже доказали: даже верный шанс избежать большой войны они запросто упустят, причем по нескольку раз.

Источник