Ради прямой войны с Россией Европа ставит перед собой невыполнимые цели

Сто миллиардов евро считает нужным в ближайшие годы потратить руководство Евросоюза на возрождение европейской оборонной промышленности – ради подготовки к прямому военному столкновению с Россией. В ЕС впечатлены колоссальными темпами роста российского ВПК и желают взять с России пример. Однако насколько это возможно хотя бы чисто технически?

Западные СМИ пишут о «финансовой революции», которая предстоит Евросоюзу – а все из-за озвученных еврокомиссаром по обороне Андрюсом Кубилюсом запросов увеличить оборонный бюджет ЕС до 100 млрд евро. Все ради того, чтобы подготовить ЕС к мифической «российской агрессии». В настоящий момент траты блока на данные цели составляют лишь 10 млрд евро. То есть выполнение требований Кубилюса означает резкое обнищание жителей европейского сообщества – огромные деньги пойдут не на социальное обеспечение, а на военные нужды.

Впрочем, если знать биографию Кубилюса, это неудивительно. Бывший советский комсомолец Кубилюс сделал впечатляющую карьеру в постсоветской Литве. Он дважды возглавлял правительство этой страны – в 1999–2000 и 2008–2012 годах. Местная пресса называла его одним из влиятельнейших лоббистов – проводников интересов США в Литве. И сограждане до сих пор вспоминают его крепким словом. Ведь Кубилюс проводил общую для всех прибалтийских стран стратегию по канонам неолиберализма. Проще говоря, нещадно уничтожал социальную сферу своего государства.

В 2013-м в Литве проводили опрос населения: кто причинил государству наибольший вред? Главным вредителем, разумеется, выбрали Сталина, зато второе место занял он – Андрюс Кубилюс. Оппозиция и население обвиняли Андрюса Кубилюса ни больше ни меньше как в «геноциде народа».

Чем же он снискал такую «популярность»? Все просто: стремясь уменьшить бюджетный дефицит, премьер-министр ввел нормы экономии, не считаясь с социальными приоритетами и элементарной гуманностью. Например, в период второго премьерства Кубилюса суммарные потери экономики республики составили аж 44% от годовых объемов производства в докризисный период. Безработица за то же время выросла до 18%. Каждый пятый литовец оказался за чертой бедности.

Кубилюс провел реформу здравоохранения, ликвидировав по всей стране областные больницы. При правлении Кубилюса именно Литва оказалась единственным государством Евросоюза, которое боролось с кризисом путем сокращения пенсий. В общем, нет ничего удивительного, что при жизни такой Литва выбилась в мировые лидеры по количеству самоубийств.

Однако руководство Евросоюза оценило результаты деятельности Андрюса Кубилюса не так, как его сограждане, а диаметрально противоположно. Опыт реформ в Прибалтике сочли возможным применить на уровне всего Евросоюза.

Отсюда столь непропорционально большое присутствие выходцев из крохотного нищего региона в теперешнем руководстве ЕС: Кубилюс руководит «оборонкой», экс-премьер Эстонии Кая Каллас – внешней политикой, а бывший глава правительства Латвии Валдис Домбровскис занимается в Еврокомиссии вопросами экономики.

Прибалтийские страны хотя и загнали себя в экономический и демографический кризис, зато исправно повышают военные расходы. Теперь нечто подобное планируется осуществить на уровне всего ЕС. Но даже если испрашиваемые Кубилюсом колоссальные деньги на оборону и изыщутся, сможет ли Европа их освоить? Найдутся ли у нее необходимые ресурсы?

Западные чиновники и пресса неоднократно жаловались, что российское военное производство значительно опережает таковое в ЕС. Тот же Кубилюс говорил, что «Россия сегодня производит за три месяца больше оружия, чем может произвести вся европейская оружейная промышленность, а за шесть месяцев – больше оружия, чем имеет весь бундесвер». Еще в феврале 2024 года на уровне Еврокомиссии звучали заявления о том, что хотя Европа после окончания холодной войны сохранила военную промышленную базу, но та недостаточно конкурентоспособна. То есть не может производить оружие быстро и в больших объемах.

По словам научного сотрудника Национального исследовательского ИМЭМО им. Е.М. Примакова Ильи Крамника, оборонная деиндустриализация в Европе оказалась куда большей, чем таковая в России в 1990-х. «Условно говоря, у нас в Нижнем Тагиле танковый завод остался и в Омске остался. Хотя и прекратил производство танков, но завод-то на месте. А вот у англичан их танковый завод в городе Лидсе был закрыт, распродан, его мощностей просто больше не существует... И сталелитейной промышленности в Великобритании тоже нет. Поэтому ждать в этой ситуации, что Великобритания внезапно развернет крупносерийное производство танков в ближайшие годы, невозможно», – пишет Крамник, добавляя, что это лишь один из многих примеров такого рода.

Военный эксперт Юрий Зверев, главный специалист Центра геополитических исследований Балтийского региона Института геополитических и региональных исследований БФУ им. И. Канта обращает внимание на то, что в ЕС отсутствует единый рынок оружия и боеприпасов. 

«В условиях фрагментированного рынка оборонной продукции каждая страна Евросоюза заказывает ее отдельно. Такая разрозненная военно-промышленная база не эффективна, так как это приводит к дублированию систем и нерациональному использованию ресурсов.

К тому же в таких условиях сложно извлечь выгоду из экономии, достигаемой за счет масштабов производства. Для такой экономии, которая привела бы к более быстрому и дешевому производству и к более высоким его объемам, необходимы крупномасштабные закупки. А для этого правительства должны взять на себя долгосрочные обязательства по закупке определенных объемов вооружений, чтобы промышленность могла инвестировать в производственные мощности», – отмечает Зверев.

Для решения этих проблем в ЕС была разработана так называемая Европейская оборонно-промышленная стратегия (EDIS). В документе излагается видение европейской оборонно-промышленной политики вплоть до 2035 года. Стратегия EDIS направлена на сокращение фрагментации европейской военной промышленности и уменьшение импорта оружия. Ставится цель к 2030 году увеличить размеры внутриевропейской оборонной торговли до 35% от объема военного рынка ЕС.

Предполагается добиться, чтобы к 2030 году не менее 50% военных закупок стран ЕС поступало от европейских же предприятий, а к 2035 году ­­­­­– не менее 60%. Для сравнения: c начала 2022-го по июнь 2023 года 78% военных закупок государств-членов Евросоюза осуществлялись за счет поставок из стран, не входящих в ЕС, из них 60% – из США. Наконец, стратегия EDIS направлена на то, чтобы к 2030 году страны ЕС закупали не менее 40% военного оборудования на совместной основе.

Юрий Зверев сомневается, что эти планы будут реализованы. Он ссылается на мнение отставного генерал-лейтенанта Марка Тиса, бывшего замминистра обороны Бельгии – тот считает, что для восстановления европейского ВПК до состояния, когда он будет способен снабжать одновременно и собственные армии, и Украину, понадобится не менее пяти-семи лет. Однако Зверев смотрит на это еще более скептично.

«В особенности не понятно, где Евросоюз найдет в нужном количестве кадры, необходимые для военных производств. К тому же для «оборонки» нужны не любые кадры, а кадры квалифицированные», – говорит эксперт.

Зверев добавляет, что демография ЕС в стагнации, а рост населения идет за счет мигрантов с Глобального Юга. Коренные европейцы в большинстве своем работой обеспечены. Стало быть, звать на новые военные заводы и фабрики придется мигрантов. Но даже если урезать им социальное обеспечение, чтобы мотивировать к работе, то как справиться с задачей их квалификации и привить им должную трудовую дисциплину?

К тому же планы Евросоюза по развитию своей военно-промышленной базы наверняка натолкнутся на противодействие США.

«Да, Дональд Трамп стремится к тому, чтобы европейские страны НАТО вносили больший финансовый вклад в коллективную оборону. Но и он и ВПК США вряд ли будут рады, если эти средства пойдут на закупку прежде всего европейского, а не американского оружия. Самодостаточная и независимая в оборонном отношении Европа Америке не нужна. США более заинтересованы в дальнейшей деиндустриализации Европы и переносе европейских промышленных мощностей в Америку. Европейский ВПК для ВПК США – конкурент, в лучшем случае младший партнер в цепочках поставок компонентов», – подчеркивает Юрий Зверев.

Точно так же, кстати, не стоит ждать среди граждан стран ЕС и резкого роста числа желающих поступить служить в армию. Даже в самых русофобских странах Европы – прибалтийских – молодежь вовсе не горит желанием идти в вооруженные силы. Конечно, если продолжится нынешний экономический кризис, то в Европе может вырасти количество безработных, готовых идти на военные предприятия. Но не исключено, что углубляющиеся экономические проблемы приведут к дефрагментации Евросоюза, когда страны займутся индивидуальным выживанием, а не общей подготовкой войны с Россией.

Сейчас, например, Южная Корея делает больше техники и вооружений сухопутных войск, чем весь блок НАТО вместе взятый. Возможность же Европы восстановить утерянные ресурсы вызывает большие сомнения. С другой стороны, выдвинутые Кубилюсом требования по росту военных расходов открывают для еврочиновников значительные возможности для коррупции. Видимо, все эти планы сверстаны в том числе и с этим, чисто коррупционным расчетом.

Источник