Запад решает, что «на второй год» делать с Украиной 

Досмотрел-дослушал последние «российско-украинские» давосские панели и записал впечатления.

Заглавная тема форума – «Сотрудничество в фрагментированном мире». Украинскому конфликту при этом посвящена не настолько большая часть времени и внимания участников. Ключевые проблемы человечества – климат, стоимость жизни, энергопереход, последствия ковидной трансформации, экономический рост, цепи поставок, Китай – обсуждались значительно более подробно и заинтересовано, чем Украина, однако медиапокрытия эти обсуждения не получили. Про Украину говорили только политики или администраторы Запада. Их и цитировали.

Запад ощущает и формулирует внутренний кризис в своем отношении к войне и нащупывает новые объяснительные конструкции «на второй год». Надежды на скорое прекращение конфликта на условиях Украины нет. Надежды на крах России вследствие военного поражения или внутреннего коллапса, связанного с мобилизацией (основная надежда осени), не сбылись. Украина становится дороже для спонсоров, их общества ощущают усталость от происходящего конфликта и тягот, которые он несет – прежде всего «кризиса стоимости жизни» (ему уделили на форуме внимания кратно больше, чем Украине).

Мысль о любом компромиссе публично по-прежнему табуирована. Фактически проблема формулируется в любимой логике разрешения кризисов: «toо big to fail» – «слишком большое, чтобы рухнуть». В рамках которой объект, находящийся в кризисе, заливается ресурсами пока кризис не пройдет сам собой, потому что крах объекта оценивается как бОльшая угроза, чем фиксация убытка от вложенных в него средств. Так спасали банки в финансовом кризисе и крупные компания в ковидном кризисе.

Что это значит в сегодняшней ситуации?

1. Деньги «на поддержание функционирования государства» при поставках новых видов вооружения в Украину, чтобы попробовать переломить ход «застопорившихся» боевых действий весной-летом. Ожидается, что в конце зимы – начале весны Россия начнет наступление. Украинские военные должны быть готовы его отразить, а также начать «маневренную войну» с применением новой боевой техники, чтобы не допустить продвижения российский войск. (Тут важное разделение собственно «украинской повестки» с заявлениями о готовности физически отвоевать все включая Крым и «умеренной западной», которая скорее о недопущении новых потерь, а «возврат территорий» оставляет на уступки со стороны истощенной России в ходе неизбежных мирных переговоров.

2. Заявляется, что при проработке вопроса о поставках военной техники странам запада не следует ориентироваться на некие «красные линии», само существование которых трактуется как манипуляцию, делающую западное общество более уязвимым. Исходят из недопустимости создания прецедента, когда действия коллективного запада сдерживаются якобы намеками на ядерное оружие.

3. Экономические санкции публично оцениваются как крайне успешные, так как они якобы позволили не просто «затормозить финансирование СВО» (Микулаш Бек: «выиграть время»), но и оказать серьезное долгосрочное воздействие на экономику России («вогнать в рецессию», а в перспективе возможно и в «нищету» – К. Рогофф).

4. Будущий миропорядок зависит не от того, как завершится внешнеполитический кризис на Украине, но от того, как переосмыслят себя участники конфликта. В основном апеллировали к тому, чтобы Россия, когда «проиграет эту войну», пересмотрела свою «империалистическую политику». Собственно нежелание компромисса связано именно с этой логикой «преподать урок».

5. Пожалуй, впервые за год публично озвучено «немыслимое». Оказывается, «Украина не идеальна». Громко звучат темы, связанные с украинской коррупцией, которая не позволит реконструировать Украину, превратив ее в «фасад Запада». То есть тема «спасенной от агрессора и превращенной в рай Украины» начинает сворачиваться.

Новая логика: «мы вам обещали не в обмен на «героическое сопротивление», а в обмен на ваши внутреннюю трансформацию по западному образцу». Учитывая, что она невозможна, то «мы вам не обещали ничего». Ну кроме новой активно обсуждавшейся темы: «Инкорпорирование беженцев в мировой рынок труда».

Источник