Война с Россией в бумажном формате

Совет национальной безопасности и обороны Украины 2 сентября одобрил новую редакцию военной доктрины страны. Документ «определяет Российскую Федерацию военным противником Украины», а также «подтверждает отказ от политики внеблоковости и восстановление стратегического курса на евроатлантическую интеграцию».

Это решение, говорится на сайте СНБО, принято из-за необходимости «эффективного реагирования на продолжающуюся вооруженную агрессию Российской Федерации против Украины».

Отметим, что принятие Киевом новой военной доктрины произошло на фоне начавшихся 31 августа в Черном море международных учений Sea Breeze, основными организаторами которых являются США и Украина. Уже вдогонку решению СНБО командующий 6-м флотом ВМС США вице-адмирал Джеймс Фогго заявил, что «украинцам предстоит проделать серьезную работу по целому ряду направлений для модернизации своего флота». Фогго также сообщил, что Военно-морские силы США стараются сохранять почти постоянное присутствие в Черном море.

Что же меняет новая редакция военной доктрины в отношениях России и Украины?

Бывший замначальника главного управления международного военного сотрудничества Минобороны РФ, генерал-лейтенант запаса Евгений Бужинский считает, что изменение военной доктрины — вполне логичный шаг украинской власти.

— Киев стремится в НАТО, интегрируется в евроатлантические структуры, отказывается от внеблокового статуса. Все это не решить одним законопроектом, вот украинцы и правят, так сказать, нормативную базу. Другое дело, что никто их не ждет ни в Североатлантическом альянсе, ни в Евросоюзе. Но они придерживаются принципа «вода камень точит» и верят, что Киев рано или поздно все равно убедит Соединенные Штаты, и сломит сопротивление Евросоюза. Хотеть не вредно — это их право.

— Военная доктрина Украины — это документ, предназначенный больше для руководства страны, — говорит исполнительный директор Фонда «Украинская политика» Андрей Мишин. — Он демонстрирует западным партнерам приверженность обозначенным взглядам. Что касается заявлений американского флотоводца, то он принимает участие в запланированных учениях Sea Breeze, причем ежегодных. И делать протокольные заявления об укреплении боеспособности Украины, счет которых за все годы после распада СССР уже идет на тысячи — его обязанность.

СМИ сообщили о том, что премьер Арсений Яценюк, министр обороны Степан Полторак и Джеймс Фогго вроде как обсудили модернизацию технического оснащения фрегата «Гетман Сагайдачный». Но флагман украинского флота столь древней постройки, что если с верхней палубы бросить ломик, то он, как говорится, пробьет днище. Сколько его не модернизируй, «Гетман Сагайдачный» — это далекий привет из прошлого. Хотя бы потому, что современные корабли имеют иную конфигурацию.

Кстати, единственное, чего удалось добиться всеми этими межнациональными учениями на Украине — это спровоцировать здесь в 2005 году движение «АнтиНАТО». Я напомню, что тогда в Евпатории чернокожий американский сержант позволил себе вольности в поведении с официанткой одного кафе. За нее вступились два парня из Львова. С этой драки и началось движение «АнтиНАТО»…

Перспективы украинских ВМС — это бригады охраны водного района. Сегодня украинский флот вполне можно сравнить с флотом Белоруссии, который у этой страны номинально есть, но о котором никто ничего не слышит. Командующий ВМСУ вице-адмирал Сергей Гайдук обещал, что до конца нынешнего года в боевой состав украинского флота войдут два малых бронированных артиллерийских катера «Гюрза-М», которые достраиваются на киевском заводе «Ленинская кузня». Однако на моей памяти последний раз «Ленинская кузня» строила подобные бронекатера в далеком 2004 году для пограничной службы Узбекистана.

— Киев новой редакцией военной доктрины, сам тоже не желая, продемонстрировал, что является главным поджигателем военной истерии и вооруженного конфликта в Европе, — говорит бывший начальник разведки — заместитель начальника штаба Сибирского военного округа, а затем и группировки войск в Чечне, генерал-майор запаса Сергей Канчуков. — Если государство заявляет, кто у него противник, значит, все механизмы страны должны быть нацелены на то, чтобы обеспечить выполнение поставленной задачи — начиная от информационного воздействия на население и заканчивая подготовкой вооруженных сил к агрессии.

А учитывая, что руководство Украины полностью подконтрольно США и выполняет их задачи, то, на мой взгляд, упоминание РФ как главного военного противника — это угроза. Соединенным Штатам нужна большая война, чтобы списать их громадный госдолг. И лучший способ для этого — развязать конфликт между Россией и Европой. Украина в этом деле выступает как фитиль. Вот и все.

Другое дело, что нам на это реагировать особо не стоит, поскольку Украина для России — не противник. А фашиствующие элементы или те, кто работает в интересах США, - это отнюдь не те, на кого нацеливают применение вооруженных сил. Для России новая военная доктрина Украины — это еще и прямой ответ на все мирные инициативы, доказательство того, что Киев все воспринимает агрессивно.

На месте европейского руководства я бы задумался — а стоит ли так уж старательно поддерживать киевский режим, если тот только и грезит, чтобы ситуация переросла в вооруженное противостояние. Конечно, украинские политики могут сколько угодно твердить, что Россия якобы против них воюет. На самом деле, если бы наши войска вели боевые действия против Украины — мы бы уже давно стояли где-нибудь в Ужгороде и баловались хорошим закарпатским вином. Но, думаю, если ВСУ начнут полномасштабное наступление на ДНР и ЛНР, что-то в этом роде и последует.

Но если наши соседи обозначили Россию как противника, то надо ли и нам вносить коррективы в редакцию военной доктрины?

Замдиректора Таврического информационно-аналитического Центра РИСИ Сергей Ермаков считает, что нет.

— Мы понимаем, что в военном плане прямой угрозы со стороны Украины не было и нет, а все заявления Порошенко и других о возвращении Крыма — это всего лишь риторика. Изменение военной доктрины — это слишком прямолинейная игра. Думаю, последствия этого шага в Киеве не просчитали.

НАТО и Россия в своих доктринальных документах прописывают угрозы и вызовы весьма гибко, деликатно и выдержанно, без конкретного указания военного противника. Киевский режим новой редакцией своего документа официально ставит страну на военные рельсы. Для России это козырь в том смысле, что таким прямолинейным шагом Украина показала НАТО, что она реально может привести Альянс к столкновению с Россией. Стоит ли Брюсселю после этого продолжать активно сотрудничать с этой страной, учитывая, что есть риск прямого втягивания в конфликт — вопрос.

«СП»: — На ваш взгляд, обозначить Россию реальным военным противником — это чисто украинская инициатива, сделанная без подачи американцев?

— С одной стороны этот шаг вроде отвечает американским интересам, но с другой — они все-таки любят более изящную игру. Штаты стремятся иметь контроль и доступ к ТВД. И сейчас это у них есть. Украинский кризис — это долгосрочный проект Вашингтона в плане сдерживания России. Американцы прекрасно понимают, что к сиюминутному конфликту российская армия готова. Поэтому они мягко играют на перспективу — готовят украинских солдат, размещают командные пункты вблизи наших границ и т. д. А прямолинейные шаги все-таки играют на руку России.