Ликвидацию Молдавии останавливают сразу два региона

Фото из открытых источников

Президент Молдавии Майя Санду заявила, что лично проголосовала бы за объединение с Румынией на гипотетическом референдуме. Но она признает, что большинство населения настроено против. Сторонники и критики идеи унионизма есть в Молдавии и Румынии. Как отмечают эксперты, именно сейчас эта неоднозначная тема снова становится одной из самых обсуждаемых. Каковы реальные сценарии развития событий, если Санду всерьез настроена сделать Молдавию частью Румынии?

Президент Молдавии Майя Санду призналась, что поддержала бы объединение с Румынией, если бы такой вопрос был вынесен на гипотетический референдум. «Если у нас будет референдум, я бы проголосовала за объединение с Румынией. Такой маленькой стране, как Молдавия, становится все более сложно выжить как демократия, как суверенная страна», – сказала Санду.

На это заявление ответил оппозиционный молдавский политик Илан Шор. По его мнению, такие слова свидетельствуют о признании главой государства намерения ликвидировать Молдавию как независимую страну. «Убийца наконец призналась, что пришла с одной целью: убить Молдову», – написал он в своем Telegram-канале.

В Молдавии в первую очередь идею унионизма поддерживают правые и правоцентристские политические силы, такие как партия «Демократия дома» (прошла в парламент в 2025 году), а также значительная часть молодежи и интеллигенции, ориентированной на Европу.

Основными противниками неизменно являются левые партии (социалисты, коммунисты), русскоязычные сообщества, а также жители Гагаузской автономии и Приднестровья (ПМР). Оппозиция часто использует эту тему для критики действующей власти, требуя отставки президента за подобные высказывания.

В мае прошлого года президент Румынии Никушор Дан заявил сразу после своей победы, что Бухарест начнет новый этап развития и будет поддерживать Молдавию ради возможного объединения. Он пообещал, что Румыния «всегда будет рядом», чтобы помогать Молдавии двигаться по европейскому пути, и выражал надежду, что в будущем «страны смогут объединиться».

В 2023 году в Бухаресте отмечали, что Румыния поддержит объединение с Молдавией в составе Евросоюза, когда она станет членом ЕС как независимое государство. Тогда же Санду говорила о том, что жители Молдавии не расположены к объединению с Румынией, хотя у порядка миллиона жителей страны есть паспорт гражданина Румынии.

Напомним, именно с приходом Санду к власти в 2020 году страна взяла курс на сближение с Румынией и ЕС. Весной 2023 года молдавский язык был переименован в румынский, чтобы жители республики «говорили на одном из официальных языков Евросоюза».

На территории обеих стран существуют сторонники идеи унионизма, то есть объединения Румынии и Молдавии путем ликвидации последней как отдельного государства. Но по данным социологов, 54% молдаван не хотят присоединения к Румынии. Это следует из данных соцопроса, которые в декабре прошлого года опубликовал местный Институт социологических исследований IMAS. При этом «за» высказались бы 29%, еще 17% не определились с ответом.

Румынские социологические исследования на эту тему показали, что осенью прошлого года мнение населения разделилось почти поровну: 47% – за, 46% – против. Другие исследования указывают на скептицизм из-за потенциальных экономических затрат на интеграцию менее богатого соседа.

«Санду опосредованно высказалась за объединение Молдавии с Румынией еще давно – когда получила румынское гражданство. Если президент страны стал гражданином Румынии – значит, она желает той же участи и для возглавляемого ею государства», – отметил замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин.

По его словам, сегодня Санду говорит об унии открыто, ориентируясь на позицию Евросоюза. «ЕС ведет себя так, что дипломатические тонкости уже не нужны – можно говорить и делать что хочешь без последствий. Брюссель сегодня одобряет любое движение Молдавии в свою сторону», – считает Жарихин.

«На фоне активности Дональда Трампа вокруг Венесуэлы и Гренландии о границах заговорили и другие политики. Молдавия оказалась зажата между двумя геополитическими центрами силы. Кишинев вопреки национальным интересам выступает не только за разрыв связей с Россией, но и за румынский вектор развития», – добавляет председатель коллегии Центра исследований евразийства Юрий Самонкин.

По его мнению, гипотетическая уния будет означать поглощение суверенитета, экономики и внешней политики Молдавии, что «приведет к обострению, гражданским столкновениям и внутренним конфликтам». «То есть мы получим еще одну точку нестабильности в Евразии», – полагает эксперт.

Он считает, что румынские элиты заинтересованы в поглощении Молдавии и превращении ее в «буферную зону наподобие Прибалтики». «Исторически этот вопрос стоял еще до Второй мировой. Получив статус союзника гитлеровской коалиции, Румыния планировала получить эти территории по итогам войны. Но Германия, Япония и Италия проиграли, поэтому Румыния осталась ни с чем. После распада СССР реваншистские настроения в румынских элитах возродились», – напомнил спикер.

«При этом простые румыны живут тяжело и устали от мифологии о «злых русских» и угрозах с востока. Они не испытывают ненависти и не понимают, почему до сих пор находятся «под натовским сапогом». Протестные настроения, как в Британии, Франции и Германии, могут перекинуться на Румынию, если ее правительство вместо социального развития начнет наращивать военный бюджет и проекты по поглощению Молдавии», – рассуждает Самонкин.

Эксперты сходятся во мнении, что позиция Приднестровья и Гагаузии – главный сдерживающий фактор и своего рода тормоз для ликвидации Молдавии.

Но ключевую роль играет именно Тирасполь, так как Гагаузия в силу территориального положения имеет меньше возможностей. Более того, объединение юридически невозможно без решения приднестровского вопроса, который Румыния как член НАТО и ЕС не может принять в нынешнем статусе.

«Команда Санду все уже решила, но ее осторожность связана именно с фактором ПМР. Россия, как и все, считает Приднестровье частью Молдавии. Но если Кишинев двинется в ЕС и НАТО, это будет означать, что он своими руками расколет страну, потому что Тирасполь такое объединение не поддержит. Фактор Приднестровья сдерживает и Румынию – там понимают, что в случае присоединения придется буквально завоевывать ПМР, чего Бухарест не хочет», – отмечает Жарихин.

Политолог подчеркивает, что Молдавия ради унии не станет отказываться ни от ПМР, ни от Гагаузии, считая их своей частью. Самонкин добавляет: если Кишинев решит провести в отношении этих регионов силовую операцию по примеру украинской «АТО» (так называемая антитеррористическая операция украинских властей по подавлению сопротивления в Донбассе), это ни к чему хорошему не приведет.

«Полагаю, Санду не прибегнет к столь радикальному сценарию. Сейчас фронт СВО смещается на запад, Украина – на грани потери суверенитета. Поэтому «атошный» сценарий для Молдавии создаст что-то среднее между второй Украиной и вторым Косово. Есть и другой путь – гуманитарно-экономическая блокада и политическое преследование оппозиции, как в деле бывшей главы Гагаузии Евгении Гуцул. Но несмотря на все блокады, ПМР успешно сопротивляется уже более 30 лет», – рассуждает спикер.

По прогнозу Самонкина, Гагаузия и ПМР будут всячески препятствовать референдуму о присоединении к Румынии. Гуцул ранее заявляла, что автономия воспользуется правом на самоопределение в случае такого объединения – эта возможность закреплена в законе о ее статусе.

«При дальнейшей интеграции с Румынией оба региона могут создать собственную автономию. Проблема лишь в том, что у России нет общей границы с Приднестровьем. Это стало бы возможным только в случае освобождения Одесской области в рамках СВО», – подытожил политолог.

Источник